Символическое изображение головы Владимира Ильича Ленина, его подпись и указание на то, что сайт находится в домене верхнего уровня для некоммерческих ресурсов - .info





Фотография тела Владимира Ильича Ленина в Мавзолее


Голосование


Предлагаем Вам высказать своё мнение по следующему вопросу:

Что бы Вы сделали с теми, кто хочет вынести тело
В. И. Ленина из Мавзолея?

Уничтожил(а) бы их вместе с семьями - чтобы дурные гены не плодились
Уничтожил(а) бы только их, т. к. "в семье не без урода" и близкие в этом не виноваты
Проклял(а) бы их навечно и плевал(а) бы в рожу при встрече, а по возможности и бил(а) бы
Никогда не подал(а) бы руки, относился(ась) бы как к прокажённым
Ненавидел(а) бы гадов, но виду не подавал(а)
Попытался(ась) бы изменить их убеждения, хотя это и бесполезно
Ничего
Сказал(а) бы "Спасибо!" - давно пора
Расцеловал(а) бы в обе щеки - побольше бы таких
Дал(а) бы денег - мудрость должна всегда иметь материальное вознаграждение

Посмотреть результаты


Комментарии


«Первая <  1163 | 1164 | 1165 | 1166 | 1167 | 1168 | 1169 | 1170 | 1171 | 1172 |  > Последняя» 


 Ленин - 10.09.2009 01:41
 Opera/9.80 (Windows NT 6.0; U; MRA 5.5 (build 02842); ru) Presto/2.2.15 Version/10.00

Все начиналось, как и всегда с повседневной суеты, так начался и сентябрьский день, когда мы всем классом решили пойти в однодневный поход. Начало сентября было таким теплым и жарким, что после уроков мы спешили на речку купаться и позагорать. Вода еще была терпимой для купания и ничего не предвещало прихода дождей и холодов. Заодно с тем что мы шли в поход, то мы решили собирать грибы, которых в лесу в этот год было много.

Немного опередив своих одноклассиков, я со своим одноклассником Олегом выдвинулись вперед и оказались у Токовецкого озера первыми. На его берегу мы обнаружили плот сбитый из досок и бревен, и чтобы никто не смог на него попасть кроме нас, мы быстро заскочили на него и стали шестами отталкиваться от берега. Уже появилась основная часть класса, но мы уже были в нескольких метрах от берега.

Солнце было в зените, сильно палило и мы, чтобы не изжариться от него, поснимали верхнюю одежду и обувь, задрав по колени штаны, мы продолжали свой дрейф. Ватага ребят с берега нам кричала, чтобы мы причали к берегу, но мы уже были на середине озера. Озеро с о всех сторон было прикрыто лесами и только оттуда от куда мы отплыли просматривался песчаный берег и только на высоте виднелась деревенька Токовцы, с правой стороны хорошо виднелась березовая роща с белыми стволами.

Еще ничего не говорило о приближении листопадов, в некоторых местах лишь едва окрасились желтизной кроны деревьев. Осеннее небо было прозрачным и лишь изредка набегали облака. От воды веело прохладой и темная толща воды как-то пугала меня, и мне чудилось что что-то может появиться из этой водной массы. Теперь наш плот застыл посередине озера и двигался своим ходом дальше от берега. Кромка леса со всех сторон отражалась в водах серебристого озера.

Черные кудри Олега колыхались от дуновения легкого ветерка.

- Олег, а ты стал хорошо выглядеть, у тебя мускулы проявились. Дай я их пощупаю.

Он напряг свои бицепсы и немного поиграл ими. Я даже и не заметил, как он сбросил с себя майку. Золотистый загар придавал ему определенную мужественность и напомнила мне картинку из журнала, где изображался парень–культурист. Тот загар мне тогда, казался, искусственным, но Олег обладал приятным загаром. Я даже позавидовал ему, но у меня не могло и быть такого, так как я быстро обгорал от солнечных лучей.

Я обеими руками обхватил его бицепс попробовал сжать его, тот был таким твердым. Олег весь светился от такого внимания к нему и этим бравировал, я видел это по его настроению и виду. Я тоже сбросил с себя одежду и оголил свой торс, у меня тоже имелись свои выпуклости, я напряг свой мускул и сам его потрогал сравнив его с твердостью -Олега.

-Попробуй мой, - попросил я его и подставил к нему под нос.

Черные, как уголь, глаза Олега светились на солнце и постоянно прищуривался до того, как он попал под мою тень. На плоту имелась скамеечка, на которой можно было сидеть.

Черная гладь воды отражала небо и только небольшие облака плыли друг за другом. Мне стало немного не по себе так как образовалась водно-небесная бездна, которая могла просто поглотить наш маленький плот. Наш плот отнесло так далеко, что на берегу едва угадывались наши одноклассники.

- Смотри, как далеко мы с тобой уплыли, мы не увидим, когда все уйдут.

- Они без нас не уйдут, мы только недавно пришли, не бойся.

Солнце пригревало и стало как-то не очень удобно и только ветерок охлаждал наши тела и играл по воде создавая водную рябь. Олег что-то постоянно говорил и показывал то в одну, то в другую сторону, я что-то думал своё, иногда уходил в прострацию, забывая что нахожусь на плоту. Вода была прохладной и купаться в ней не собирались. Круги от воды расходились как только на неё садились стрекозы или какая-то мошкара. Лучезарные круги распространялись далеко и исчезали теряя силу.

- Санька, а как ты смотришь, если мы подрочим?

На меня такое предложение произвело ошеломляющее воздействие. Про такое я уже слышал в своей жизни который раз.

Олег был старше меня на пару лет. Я ничего не сказал, но не был против его предложения. Что на него такое нашло я не мог даже представить и тем более до этого у нас с Олегом никогда не было разговоров на сексуальную тему. Олег был был привлекательным и интересным пареньком. В свои пятнадцать он выглядел сформировавшимся юношей. На его лице уже имелись черненький пушок усиков. Нос был таким опрятным и немного курносым, никаких изгибов и шишок не было видно. Белозубый рот при улыбке был идеальным и его ровнененькие зубы, как частокол выступали из его десен, они были редкими, клыки казались такими острыми и выделялись.

Он не стал дожидаться моего согласия и быстро приспустил штаны до колен, оголив полностью свой пенис. Его врослость и здесь появилась сразу, так как его лобок был покрыт черной лужайкой кучерявых волосиков. Его сосиска немного была возбуждена, но головка еще не выглядывала. Мне было так интересно увидеть его нагишом без одежды. Меня угнетал стыд и это мне мешало так же чувствовать себя свободно и раскрепощенно. Я понимал, что получить оргазм можно только тогда, когда все мои чувства сойдутся в одном порыве. В моих штанах стало тесно, пенис просился на волю, мне тоже захотелось дрочить…

Там где не было трусов, его тело было белым и выделялось от золотистого загара. Член его напрягся и он с таким азартом обхватил пальчиками свой инструмент и быстро заводил вверх- вниз по стволу. На моих глазах он стал увеличиваться и растравляться, залупа засверкала в лучах и стала наливаться пурпуром. Он просто им играл как на скрипке. Его пальчики перебирали его живой орган как-то особенно и завораживающе, что во мне все пришло в движение. Какие-то живчики проснулись во мне и тело стало приобретать другой эмоциональный настрой.от его пениса пришель в такой восторг, что чуть было не поперхнулся слюной. Его член преобразился, полностью вылезла залупа и как ракета была устремлена в небо. Он качнул им у основания корня, как маятником и он от его возбужденности замаячил. Но, когда он ударил им но животу, то я чуть было не свалился с плота. Семнадцати сантиметровая ракета ударившись о твердый живот Олега хлестким звуком отлетела обратно. Я заметил, что на залупке появилась капелька смазки и она, как брилиант засветилась. Меня возбуждало от несносного эротического действия моего дружка. Я весь был поглощен им, ноги дрожали и только стыд перебарывал мою похоть.

- Давай, тоже подрочи. Неужели тебе не хочется? Может ты ещё не пробовал это? Это такое наслаждение, попробуй.

Я не знал что ему ответить на это, так меня просил делать мой кузен Валерка, когда я был с ним у тетки в деревне. Тогда мы насладились сексом до потери пульса и не прекращали уже на протяжении всего лета. Спермы спустили несчесть сколько, если в день получалось понескольку раз, а там, где сперма там и оргазм с его прекрасными ощущениями. Наш мир наполнялся непередаваемыми ощущениями, только еще приобретаемыми нами сексуальными навыками. Мы делали все что только можно: различные способы, каждый раз это было очередным наслаждением. Олег немногим отличался от кузена Валеры: такой же черный и телом превосходным, но член его был и больше, и толще. Для меня это не имело значение так человек для меня был только тогда привлекательным, когда я видел в нем настрой и отдачу своих неподдельного раскрепощения.

Нас едва было видно с берега и чем мы занимаемся. Олег - сбросил с себя всю одежду полностью. Обнаженный, как роденовский мальчик смотрелся он на фоне воды и неба.

Природа создала такое существо, как человек, совершенное во всех формах и мне казалось что иначе и не могло быть потому что такое совершенство мог создать только высший разум вселив в него все виды мысли и чувства. Смотрел на Олега, и во мне проснулась какая-то философская мысль, что она смотрела на него как на сущность. Тело - само совершенство и кожа покрывавшая его скелет и мышечную составляющую его форм мне представлялось, что не подлежало никаким изменениям. Он этим и был таким привлекательным своей фигурой и действиями она была сексуальна и эротична.

На меня стала действовать какая-то неподвластная мне сила, я совсем размяк и теперь мой пенис показался из моих трусов. Я не мог никак спрятать его и он сам не сдавался. Край черных семейных трусов приподнялся и розовая головка пениса показалась первой. Я видел как ласкал и возбуждал свой член Олег и, мне не хотелось лишать такого удовольствия себя, мой пенис никогда не отказавывался от этого, когда я был в экстазе. У меня тоже была смазка, она сочилась и раздражала залупку.

Я быстро стащил с себя одежду и остался без трусов, зажав свой вздыбленный член.

Олег не переставал дрочить своего смуглого дружка, постоянно ввергая себя в сексуальную фантазию. Я сам себе представлял что-то такое, что придавало мне сильную сексуальную возбужденность. Каждый из нас сейчас были сосредоточен на своих эротических фантазиях, но нам не мешало подкрепляться тем, что делал каждый из нас.

Мне нравилось, как это делал Олег. Он наслаждался происходящим, рукой только водил, как смычком, а лицо было зеркалом его эмоций. Такого эмоционального настроения я не видел до этого, обессилив от увиденного я не мог больше стоять и присел на корточки. Я мастурбировал, по телу бегали приятные мурашки. Мне было так приятно и превосходно, что я весь ушел в свой мир, но предрассудки не давали быть раскованным, мои еще не такие окрепшие к таким впечатлениям и действиям пороки, проявлялись во мне всё чаще.

Мой взгяд теперь был обращен на него и я хотел понять весь смысл происходящего. Олег жил своим виденьем, его лицо было таким слащавым, что ненасладиться им было невозможно. Только такой никем неподготовленный сценарий заставлял и меня следить за любыми его действиями. Раздвинутые бедра на всю ширину давали возможность видеть его мошонку и полностью пенис, который непрерывно скрывался в его ладони. Сентябрьскиий ветерок понемногу охлаждал наши распаленные тела, холодок возбуждал еще больше.

Олег стал быстро дрочить, в этот момент головка стала пурпурной и от исходящего блеска её веяло какой-то красотой и переполненной эрегированостью. Вся кровь сейчас устремилась через его придаток, его мощь набралась так быстро и такой красотой.

Струйка спермы вырвалась в подставленную им ладонь и, пронизывающая его конвульсия не давала ему держать её твердо. Колбасило его прилично, ноздри расширились и шибко дышал и что-то стонал. Ладонь, что была сложена лодочкой быстро наполнилась его спермой и даже стала стекать через край. Плот, на котором мы так прекрасно проводили время, заколебался от его сильного оргазма и волны стали захлестывать его. При этом мы даже не стали опасаться каких-то неожиданностей и озеро успокоилось. Меня привлёк запах его спермы я почувствовал это сразу, я стал это определять быстро, и моя практика за время моих сексуальных познаний меня не подводила. Я еще больше возбудился, Олеговы флюиды передавались мне.

Я и сам был готов на извержение, но каким-то чудом сдержал себя – иммитируя страстрый порыв либидо. Мне, казалось, что это делаю за него я, так воспринимался его энтузиазм.

Я мало еще что смыслил в этом и воспринимал простой выброс спермы, как очередной отчет своим неуемным сексуальным извращениям. Мой порок оказался не таким уж одиноким, этим делом занимались все мои сверстники и друзья. Только теперь наблюдая за действиями своего приятеля – Олега, я понимал что надо брать от жизни все и получать по-полной, если тебе это дано Богом. Казалось бы, у меня также происходит эякуляция, но то что я вижу со стороны у свего приятеля, приводило меня к сильной эрекции. Такого неподдельного раскрепощения от всего и предаться только тому что я видел, мне было неподвластно. Только теперь наблюдать за членом с его мощью, которая будила во мне все чувства.

Олег дал мне такую страсть и эротическую энергию, что в мозгах пронеслись молниеносно все мои сладостные моменты и ощущения в моей короткой жизни. Мой пенис вошел в высшую свою стадию, по мне пробежала дрожь и оргазм сразу охватил мою сущность, я почувствовал, как по каналу пошла сперма.

- Спускаю!!! - крикнул я чуть не захлебнувшись своей слюной. Часть слюны вытекла из раскрытого рта, как в первый раз моего оргазма и стала стекать по голому торсу. Мне даже показалось, что сперма пронизывала мои мозги. Они просто вибрировали в моей подкорке, я ощущал такое сладострастие, что мои колени едва меня удерживали.

В этот момент Олег подставил ту же ладонь, которая была наполнена его спермой, но моя сильная струя не попадала в его ладонь, а обливала его пальцы, а то и вообще выстреливала внепопад. В моих глазах был туман и я никак не мог справиться со своим оргазмом. Он овладел мной, как равноправный хозяин и доставлял мне только непередаваемую усладу. Все Олеговы пальцы были в моей сперме, это я увидел, когда пришел в себя. Олег вспотел, как и я, по его искрящему телу скатывались капельки испарины. Он наслаждался происходящим и, его улыбка подсказывала, что происходящее ему нравится. Он опустился на коленки и окунул руки в темные воды озера. Мы смотрели, как наша сперма стала тонуть. Белые хлопья спермы стали расплываться и постепенно погружаться в массу озера. Я теперь сидел на лавке и наблюдал за происходящим и как он это проделывал. Нас в этот момент с природой объединяла только наши неуемные чувства.

Мне Олег нравился, как парень и как товарищ, мне хотелось как-то быть похожим на него. Я понимал, что мне никогда не иметь такого тела. Природа потрудилась над его породой, одарив его прекрасными чертами.

Он оказался ко мне задом и его попа произвела на меня определенные эмоции. Попка была такой изящной и такой упругой, что когда он сел, то половинки ягодиц разошлись и показался его анус. Он был свободен от волосиков, не то что были у моего кузена. Тогда они очень мешали мне при обладении этой непреступной дырочки. По мне мгновенно пробежала приятная дрожь, [мат"> всрепенулся и снова стал быстро увеличиваться в размерах. Очко находилась ко мне так близко, что я мог рассмотреть все детали. Темное пятнышко сфинктера так и просилось на мой [мат">. Мошонка свисала и была пронизана мельчайшими кровеновсными сосудами, яички оттягивали пушистую гондолу. Мне хотелось ухватиться за них, они были такими нежными и живыми, что при всяком его движении в мошонке происходило движение.

Я решился взять их в свою ладонь, они оказались такими мягкими и гладкими, я немного попробовал их сжать и почувствовать, как он отреагирует на мои лобзания. Они оказались такими нежными и живыми и каждый раз передергивались он что–то говорил и двигал задом. Я подумал, «а что будет, если я ухвачусь за его [мат"> и попробую подрочить в подобном положении?» Валера мой брат мне делал подобное и мне было приятно. Я своими пальцами провел по его сверкающим яичками и он сразу отреагировал. Не изменяя своего положения он только подался и очко сразу отреагировало. Они оказались мягкими и скользкими и, я только сжал их, понимая, что ему будет больно.

Я чувствовал, что Олег воспринял мою затею, как должное и резко поддался ко мне задом, чтобы я активнее его дрочил. Мои действия не заставили долго ждать, и его член стал быстро приобретать твердость. Мой кулак ощущал его твердыню, я не стесняясь и не спрашивая его ухватился за его ствол, и стал дрочить. Мне самому стало так интересно и любопытно, «как будет и куда полетит его сперма, и как она вытрелит в воду?» Олег стал с таким азартом помогать мне, что забыл, что он находиться на краю плота. Плот стал колебаться и холодные волны смочили ноги. Он не стал рисковать, а обеими руками ухватился за край плота и крепко держался, иногда посматривал в мою сторону выражая свое удовлетворение. Ямочки на его лице ещё отчетливее стали выделяться и приятно было смотреть на это зрелище, когда твоему товарищу пиятно, я сам получал накал эрекции. Только недавно мы спустили, теперь мы на новом пути к оргазму!!!

В моей ладони Олегов член увеличился и утолщился, а головка мягкой своей структурой влетала в проем пальцев и свободно скользила, при этом слышалося хлюпанье. Меня самого заводило с каждой секундой и подающийся вперед Олег настраивал на свершение посленего этапа в нашей развратности. Я ждал только момента, сильное чавканье подтверждало мое ощущение.

- Спускаю, - только успел вымолвить Олег.

Он теперь сам перехватил инициативу в свои руки и быстро стал дрочить. Я понимал: или сейчас или никогда, надо войти в него. Яички поджались, очко дергалось, и смазав палец излишней смазкой, быстро проник в пространство кишки. Очко было горячим и очень тугим, но мой палец пробустил без проблем. Олег, наверное, не ожидал от меня такого вторжения и насел на палец, как мясо на шампур. Из него вырвалось залпом несколько струек спермы и на воде стали образовываться круги. Каждый круг перебивал другой своей рябью. Сперма шлепаласть на гладь воды очередями, такая кокафония длилась несколько секунд. Он попочкой крутил, получая дополнительную порцию оргазма. Трудно было увидеть на серебристой поверхности воды, как опускается на дно озера Олегова сперма. Мне представилось, что рыбы воспользуются таким кормом. Белые хлопья медленно опускались на дно и их можно было видеть только от тени нашего плота.

Олег что-то сказал, но я не мог ничего соображать и только успел встать на коленки и направить свой неуправляемый и и лоснящийся от блеска член на темное зеркало озера. Головка плевалась мутной жидкостью и я только смутно мог видеть, как белые капли расплывались, такие же круги образовывались на воде, и расходились по зеркалу воды. Олег и здесь успел отличиться: он подставил ладонь по направлению летящей спермы и та стала обливать её.

Мне было и самому приятно видеть такую забаву Олега. Его задор и игривость придавали мне такую потенцию, что мне показалось, что у меня малафьи стало больше, чем в первый эякулят.

- Давай же, ещё дрочи, не переставай.

Он меня подтрунивал и другой рукой взялся за мои яички и слегка щекотил их. Было приятно и сладостно и оргазм не покидал меня, меня пробила сильная судорога и только ветерок освежал вспотевшее тело, я только боялся свалиться в воду. Олег не хотел, чтобы я прекращал, и я сам наслаждался своей процедурой, когда ладонью он провел по моим ляжкам и ягодицам, я понимал, что кончается и этот мимолетный восторг. Предприимчевый напарник и здесь не смог устоять от своих проделок. Той рукой, что была в моей сперме, он влез в моё очко. Туда влетели сразу два пальца, которые продолжили мой оргазм. Никакой боли я не почувствовал и только еще дольше продолжал оргазмировать. Такого наслаждения я не мог себе представить, сколько это продолжалось долго. Наверное, я не понимал, что со мной происходит и только лишь усиленно дрочил.

Я выдавил последнюю каплю спермы и та шлепнулась в воду, унося с собой мою очередную усладу.

- Ох, как хо-р-о-ш-о, - промолвил я заплептающим языком. Мой рот был полон сладостной слюны и я заглотил её, как в тот первый раз, когда получил первый незабываемый оргазм. Таких оргазмов я ожидал каждый раз, но такие непередаваемы по своим чувствам моментов становилось не так много. Мне, казалось, что что-то стало притупляться во мне, или стало просто естественным. Всему приходит конец, и я стал возращаться на круги своя, и все стало таким же реальным и близким.

Олег только улыбался своей широкой улыбкой и разглядывал мою малафью, которой я обтрухал его ладонь. Я получил то чего давно не ощущал, ведь получить сильный оргазм не всегда удавалось, а получить такой эффектный оргазм с другом - первый раз. Я видел как быстро залупка скрылась в складках крайней плоти. Моё тугое очко ныло, я был рад, что им воспользовался Олег.

- Плывем обратно, - посоветовал я Олегу.

- Давай еще разок подрочим!!! – вымолвил он еще не думая плыть обратно.

- Ты с ума сошел, этого надолго хватит и так всё болит, - молвил я.

- Ты не сможешь теперь мне отказать, давай с тобой ещё раз в другом месте попробуем.

- Давай в следующий раз, но нас ждут ребята на берегу, им тоже хотчется покататься.

- Ладно, давай не будем задерживаться, а будем одеваться и грести к берегу, только ты мне обещаешь оргазмировать.

- Хорошо, выдавил я из себя.

Напялив на себя одежду, мы с усилием в два шеста стали грести к берегу, и через несколько минут были на месте. Ребята сразу заняли наш плот и стали отчаливать от берега. Мы с Олегом решили отдышаться от нашего путешествия. На нашем берегу имелась березовая роща и, мы с ним пошли туда. Развалившись на мягкой траве, мы всматривались на происходящее. Возле берега ребята и девчонки с криками играли в волейбол. Теперь плот с ребятами был вдали от берега и, только теперь я мог представить ту картинку, что мы творили на плоту с Олегом, всматриваясь теперь в уходяшую водную даль.
 

 Ленин убийца - 10.09.2009 02:39
 Opera/9.80 (Windows NT 6.0; U; MRA 5.5 (build 02842); ru) Presto/2.2.15 Version/10.00

Товарищ Ленин, как у Вас дела в аду?
Вы там на сковородке иль на троне?
Готовитесь ли к страшному суду
Или надеетесь, что дьявол выдаст бронь Вам?

Нет, брони Вам, товарищ, не видать.
Господь не допускает компромиссов.
И мы хотим успеть Вам всё сказать,
Пока Ваш дух не воплотился в крысу.

Мы - подкидыши, стервы эпохи,
Чудом выжившие под забором,
Отсекавшим от Господа Бога
Вакханалию лжи и террора.

Скорбь великая, слёзы и грусть,
Прозябание на коленях.
Что плохого Вам сделала Русь,
Уважаемый гений?

Ну не нравился Вам наш народ...
Так в Швейцарии бы и оставались
И кровавый свой переворот
Там, в Швейцарии, свершить бы и попытались.

Ладно, хватит! Мы встали с колен
И расправили плечи.
Пусть вокруг запустенье и тлен,
Но ещё и не вечер.

Не дано Вам, иудам, понять
В чём секрет нашей силы;
И не вычислить и не разгадать
Тайной мощи России.
 

 Забытое - 10.09.2009 03:21
 Opera/9.64 (Windows NT 6.0; U; ru) Presto/2.1.1

"В ЭТОТ ДЕНЬ

В этот день встревоженный сановник
К телефону часто подходил,
В этот день исуганно, неровно
Телефон к сановнику звонил.
В этот день, в его мятежном шуме,
Было много гнева и тоски,
В этот день маршировали к Думе
Первые восставшие полки!
В этот день машины броневые
Поползли по улицам пустым,
В этот день... одни городовые
С чердаков вступились за режим!
В этот день страна себя ломала,
Не взглянув на то, что впереди,
В этот день царица прижимала
Руки к холодеющей груди.
В этот день в посольствах шифровали
Первой сводки беглые кроки,
В этот день отменно ликовали
Явные и тайные враги.
В этот день... Довольно, Бога ради!
Знаем, знаем, -- надломилась ось:
В этот день в отпавшем Петрограде
Мощного героя не нашлось.
Этот день возник, кроваво вспенен,
Этим днем начался русский гон, --
В этот день садился где-то Ленин
В свой запломбированный вагон.
Вопрошает совесть, как священник,
Обличает Мученика тень...
Неужели, Боже, нет прощенья
Нам за этот сумасшедший день?!"(А.И.Несмелов)
 

 Забытое - 10.09.2009 04:02
 Opera/9.64 (Windows NT 6.0; U; ru) Presto/2.1.1

«Жена Колчака? В ссылку!»

Худенькая женщина с большими страдальческими глазами, коротко подстриженными волосами, и, несмотря на возраст, все еще привлекательная, вопросительно взглянула на хозяина крошечного кабинетика:
- Я это должна подписать?
- Да, вот здесь, - и он хмуро ткнул пальцем в положенный перед ней листок бумаги.
"Обязательство
Мне, Книпер-Тимиревой Анне Васильевне, 8 октября 1950 года, проживающей в пос.Холовом Енисейского района, объявлено, что я не имею права никуда выезжать (хотя бы временно) из указанного мне места жительства без разрешения органов МГБ и обязана периодически лично являться на регистрацию в место и сроки, которые мне будут указывать органы МГБ. Об уголовной ответственности предупреждена".
Бумага отпечатана типографским способом. Свободное место оставлено лишь там, где нужно вписать имя, отчество, фамилию человека и указать дату. Это значит, что таких, как Анна Васильевна, тысячи, сотни тысяч. Заполнять такую бумагу для каждого в отдельности слишком хлопотно. Проще запустить типографский станок. В стране давно уже отлажено работает огромный конвейер, методично и беспощадно перемалывающий судьбы людей...
Родилась А.В.Книпер-Тимирева в 1893 году в Кисловодске. Отец ее был преподавателем музыки, директором и пианистом, возглавлял Московскую консерваторию. То есть был человеком, широко известным в столичном музыкальном мире. Здесь, в Москве, и прошло детство Ани Музыка, можно сказать, вошла в ее душу с самых пеленок. Затем - гимназия в Петербурге и три года учебы в частной студии профессора Академии художеств Зейденберга.
В 1911 году Анна вышла замуж за офицера флота С.И.Тимирева. Их брак продолжался вплоть до бурных событий 1917-1918 годов. И вот тогда...
Тогда-то и решила она связать свою судьбу с адмиралом Колчаком Александром Васильевичем, с ненаглядным Сашей, которого любила уже давно. И он в угаре охватившей его страсти тоже забыл, что где-то в Крыму остались у него жена и сын, что он уже несколько раз собирался забрать их к себе.
Анна Васильевна, находясь в то время во Владивостоке, решительно порвала с первым мужем, перебралась в вагон Колчака и, как обычно говорят в подобных случаях, очертя голову бросилась в водоворот бурных событий.
Выбор ее был не случаен. Блестящего офицера, умного и широко образованного человека (владел тремя европейскими языками), адмирала флота Колчака к тому времени знала вся Россия. Он воспитывался в традиционно морской семье, окончил Морской корпус, был хорошо знаком с прославленным адмиралом Макаровым, норвежским путешественником и исследователем Арктики Ф.Нансеном. И сам внес огромный вклад в освоение Северного морского пути. Открыл и описал ранее неизвестные острова, составил подробные карты. Один из островов был назван его именем.
Когда началась русско-японская война, А.В.Колчак ушел на фронт добровольцем. За проявленные мужество и воинскую доблесть был награжден золотым оружием.
Он делал стремительную карьеру. Стал вице-адмиралом, а в 1916 году - самым молодым адмиралом Черноморского флота. Ну, как было не увлечься таким человеком!
К тому же молодой адмирал не был лишен честолюбия. Он искренне желал процветания Отечества, всеми силами оберегал вверенный ему флот от козней столичных чиновников и бездарного командования. После Февральской революции А.В.Колчак был вынужден покинуть Севастополь. В письмах А.В.Тимиревой горестно сообщал: "Я хотел вести флот по пути славы и чести, я хотел дать родине вооруженную силу, как я ее понимаю, для решения тех задач, которые так или иначе рано или поздно будут решены, но бессмысленное и глупое правительство и обезумевший (и лишенный подобия), неспособный выйти из психологии рабов народ этого не захотели..."
Здесь необходимо сослаться на свидетельство такого знатока колчаковской темы, как писатель Юрий Рожицын, автора романа "Таежный фронт", который одно время жил в Красноярске. Еще в 1949 году он опубликовал в газете "Красноярский рабочий" отрывок из своего романа, в котором рассказал о таком малоизвестном факте из биографии адмирала, как его поездка в США и встреча с самим президентом Вудро Вильсоном. Об этом визите в Америку речь пойдет чуть ниже.
Потом была поездка Ю.Рожицына в Енисейск. Здесь он встретился со своим бывшим однокурсником. И тот вдруг спрашивает его:
- Ты слышал о княгине Тимиревой, любовнице Колчака ?
- Ну, строго говоря, она не любовница, она - гражданская жена Колчака. А в чем дело?
- Здесь она, на поселении. Малярничает...
Разумеется, Ю.Рожицын не упустил случая встретиться с Анной Васильевной, которая квартировав в одной семье. В ту пору ей было 58 лет. Прошел уже 31 год со дня расстрела ее возлюбленного...
Не сразу поведала незнакомому ей человеку, писателю, Анна Васильевна про свои мытарства, не сразу раскрыла свою душу. Но потом все же многое рассказала. А главное - показала письма адмирала, которые бережно хранила все эти годы. Этот рассказ, эти письма позволяют воссоздать более или менее правдивый, не искаженный поздними исследователями и откровенно конъюнктурными сочинениями историков облик Александра Васильевича Колчака - адмирала и человека.
Да, с одной стороны, это был блестящий ум, неутомимый и талантливый исследователь Арктики, много сделавший во славу России.
Но, с другой стороны, это, действительно, был военный диктатор, твердой рукой наводивший "порядок" в стране, кровавый палач Сибири.
Вот такая противоречивая фигура, такой прихотливый изгиб судьбы человеческой. И не надо ни излишне чернить адмирала, ни усиленно обелять его, как это делают многие.
Приведем в доказательство выдержки из писем А.В.Колчака А.В.Тимиревой. Два последних были написаны уже после визита адмирала в США, где он, помимо встречи с президентом, имел еще секретный разговор с послом США Рутом и адмиралом Гленноном.
"Петроград. 24 июня 17 года. Быть может, лучи высшего счастья, доступного на земле, счастья военного успеха и удачи осветят чужой флаг, который будет для меня таким же близким и родным, как тот, который стал для меня воспоминанием..."
"Иокогама. 21 января 18 года. Моя вера в войну, ставшая положительно каким-то религиозным убеждением, покажется Вам дикой и абсурдной, и в конечном результате страшная формула, что я поставил войну выше России, выше всего, быть может, вызовет у Вас чувство неприязни и негодования..."
"Сингапур. 16 марта 18 года. За эти полгода, проведенные за границей, я дошел, по-видимому, до предела, когда слава, стыд, позор, негодование уже потеряли всякий смысл и я более ими никогда не пользуюсь. Я верю в войну. Она дает право с презрением смотреть на всех политиканствующих хулиганов и хулиганствующих политиков..."
Да, в своей необузданной ненависти к политикам, ввергнувшим Россию в две революции подряд, в хаос и смуту, Колчак, всегда ратовавший за железный порядок и дисциплину, за единовластие и незыблемость границ Российской империи при полном запрете всяческих партий и политических движений, дошел до крайности - он готов был служить хоть черту, хоть дьяволу, лишь бы вернуть России порядок и великодержавный облик.
На сей раз в облике дьявола явились союзники России по Антанте, беззастенчиво вторгшиеся на ее территорию.
"Английское правительство нашло, что меня необходимо использовать в Сибири, в войне союзников и России... Моя миссия является секретной..." - сообщал адмирал в одном из писем А.В.Тимиревой в 1918 году. Он взял твердый курс на установление в России военной диктатуры при поддержке интервентов.
Недаром в то время в народе получила хождение лихая частушка:
Мундир английский,
Погон российский,
Табак японский,
Правитель омский
Чем кончилась карьера бывшего адмирала Черноморского флота, Верховного правителя России, усмирителя поднявшихся на борьбу с колчаковщиной народных масс, - известно всем. В ночь с 12 на 13 января 1920 года конвой, охранявший поезд Колчака, был разоружен, а сам диктатор очутился к Иркутском централе, в одиночной камере.
А.В.Тимирева, все эти сумбурные и кровавые месяцы находившаяся рядом со своим возлюбленным, не пожелала расстаться с ним и в эти трагические дни. Она тоже сидела в тюрьме, только в другой камере. Ее тоже водили на допросы. Опасаясь за жизнь и судьбу любимого человека, Колчак отрицал, что она его гражданская жена и тем самым, несомненно, облегчил ее участь.
В своей автобиографии, хранящейся в ее личном доле за № 20529 в архиве, Анна Васильевна пишет, что персональных обвинений к ней тогда не было предъявлено, так как она в политической жизни не участвовала, однако к двум годам лагерей ее все же приговорили. Пробыла там недолго, выпустили по амнистии.
Сначала проживала в Иркутске, работала в университетской библиотеке. Весной 1921 года последовал новый арест, ее доставили в Москву, освободили в апреле 1922-го. Тогда же она вышла замуж за инженера-практика В.К.Книпер (умер в Москве в 1942 году).
Судьба Анны Васильевны была определена раз и навсегда - беспрерывная череда арестов, допросов, этапов, ссылок.
Одно время она работала архивариусом в Русско-Канадском пароходном агентстве. Кое-кому это агентство показалось подозрительным и его прикрыли. Сотрудников агентства, в том числе и А.В.Книпер-Тимиреву, в административном порядке выслали из Москвы на три года...
В 1935 году, читаем дальше автобиографию, по ложному доносу, будто она скрыла обстоятельства своей жизни в Сибири при получении московского паспорта, А.В.Книпер-Тимирева была арестована вновь.
- Помилуйте, - говорила она следователю, - я ничего не скрывала! С человеком, который выдал мне паспорт здесь, в Москве, я была знакома еще в Сибири, и он сам вспоминал события тех лет.
Но подобные аргументы не возымели никакого действия. "Была женой Колчака? В ссылку!"
И Особое Совещание определило ей пять лет лагерей. Потом, правда, пересмотрели и заменили тремя годами высылки. К столице ее велено было и близко не подпускать.
Нерадостной, тяжкой была судьба женщины, вся "вина" которой состояла лишь в том, что она посмела полюбить человека, боровшегося против новой, Советской власти и за это расстрелянного. У нее не было ни постоянного места жительства, ни родных и близких. У нее даже отобрали право на воспоминания о своем прошлом. Как только она заикалась об этом, тут же находились доброхоты, которые доносили о "жене Колчака" куда следует.
Итогом очередного доноса стал новый арест в 1938 году. Борьба с "врагами народа" была в самом разгаре и велась на всей территории Союза. Естественно, что такая фигура, как бывшая возлюбленная самого Колчака, не могла не оказаться в центре внимания органов ОГПУ-НКВД. И суровый приговор не заставил себя ждать - 8 лет лагерей!
Этот срок она отбывала в "Карлаге", который отличался особо строгим режимом. Потянулись долгие годы бесконечных издевательств и унижений.
1949-й год. Ярославская область. Еще одно Обвинительное заключение:
"Книпер-Тимирева Анна Васильевна, проживая в 1937-1938 годах в г.Мало-Ярославце Московской области, среди своего окружения проводила антисоветскую агитацию, высказывала клевету на ВКП(б) и Советское правительство, на политику Советской власти и условия жизни трудящихся в Советском Союзе". Далее говорится, что она - дочь статского советника, в прошлом - жена контр-адмирала Колчака, "была с ним в Харбине, участвовала в походах против Советской власти " - вот он, главный криминал! Очевидно подразумевалось, что эта мегера, обвешанная гранатами и с пулеметом в руках не раз ходила в атаку против бойцов Красной Армии.
А посему, сказано в другом документе Ярославского УКГБ, она "представляет собой социально-опасную личность по связям с контрреволюционным элементом", "за антисоветскую деятельность арестована и привлечена в качестве обвиняемой".
Так 8 октября 1950 года Книпер-Тимирева Анна Васильевна очутилась сначала в п.Холовом, затем - в Енисейске. Опять ссылка. Опять мучительные поиски работы. Наконец, устроилась в мастерскую какого-то Кусткомбината. Она давно уже не выбирала профессию или специальность, бралась за любую работу, лишь бы выжить. Не случайно бывший сокурсник Е.Рожицына обмолвился: "Малярничает..." Но не могла же бывшая жена блестящего офицера, дочь статского советника признаться в этом. Вот и писала в автобиографии, что он работала то "художником", то "зав. бутафорским цехом" театра и т.д.
Однажды руководство артели, учитывая способности Анны Васильевны, хотело командировать ее в Красноярск, в краевой краеведческий музей, чтобы она могла составить эскиз "уголка природы" для Енисейского музея.
В просьбе было решительно отказано. А вдруг, находясь на свободе, может скрыться от следствия и суда", как это было сказано в одном из документов ее дела? И вообще с такими, как Книпер-Тимирева, надо ухо держать востро. Написал же начальник Казачинского райотдела МГБ в январе 1951 года начальнику Енисейского райотдела МГБ под грифом "секретно" такую бумагу (обратите внимание на стиль и написание имен и фамилий):
"Разрабатываемая нами по подозрению в ш/п Капнист Мариста Ростиславовна, 1914 г.р., уроженка г.Ленинграда, русская, беспартийная, образование н/з высшее, по специальности актриса, имеет письменную связь с Кипнер-Темерязевой Анной Васильевной, проживающей в г.Енисейске, ул.Фефелова, 30. Прошу установить Кипнер-Темерязеву взять ее под агентурное наблюдение с целью установления характера связи Кипнер-Темерязевой с Капнист М.Р. Одновременно прошу сообщить, не располагаете ли вы компр. данными на Кипнер-Темерязеву. По агентурным данным известно, что Кипнер является женой Колчака. Ответ прошу как можно ускорить".
Ах, как это захватывающе-интересно - следить за ссыльной актрисой, которая переписывается тоже со ссыльной, некоей Кипнер-Темерязевой, которая, говорят, была женой самого Колчака! А вдруг и эта артисточка окажется шпионкой? "Разработать" ее надо, "разработать"!
Так невинная переписка двух несчастных женщин, оторванных от родных мест, лишенных хотя бы капельки человеческого внимания и сочувствия, заброшенных в сибирскую глухомань, становится предметом пристального внимания недремлющих органов, якобы охраняющих государственные интересы. Да и агентура куда как хороша, даже установить правильную фамилию Книпер Тимиревой не может...
Лишь в середине 50-х годов, когда в стране широкой волной прокатилась реабилитация невинно осужденных, освободилась Анна Васильевна от ссылки и покинула Енисейск. В кармане лежала справка-характеристика. "На учете с 1950 г. Режима спецпоселения не нарушала, на регистрацию является вовремя, склонности к побегу не проявляла. Занимается общественно-полезным трудом. Компрматериалами Енисейский РО МВД на нее не располагает".
Обретена, наконец, желанная свобода. Анна Васильевна смогла вновь вернуться в Москву. Здесь, на Плющихе, поселилась у дальних родственников. Жить было не на что, обузой для них быть не хотелось. И она, пересилив себя, обратилась к Генеральному прокурору СССР с письмом, в котором просила лишь об одном - своей реабилитации:
"15 января 1920 г. я была арестована в Иркутске в поезде Колчака. Мне было тогда 26 лет. Я любила этого человека и не могла бросить его в последние дни его жизни. Вот, в сущности, вся моя вина..."
Уже после реабилитации на имя министра культуры СССР поступило обращение, под которым стояли подписи Шостаковича, Свешникова, Гнесиной, Хачатуряна, Ойстраха, Козловского и других видных деятелей советской культуры, в котором говорилось:
"Убедительно просим вас оказать помощь в получении персональной пенсии А.В.Книпер, урожденной Сафоновой, дочери выдающегося русского музыканта В.И.Сафонова, скончавшегося в феврале 1918 года в Кисловодске. Анне Васильевне 67 лет, у нее плохое состояние здоровья. Не имея никаких средств к существованию, она вынуждена работать в качестве, бутафора в Рыбинском драматическом театре, что ей не по силам. В настоящее время Анна Васильевна, незаслуженно находившаяся долгие годы в лагерях и административных ссылках, полностью реабилитирована и прописана в Москве. Но жить ей не на что…"
Наконец, еще один заслуживающий внимания эпизод из жизни А.В.Тимиревой.
В 1972 году в Москве у нее в гостях побывал Леонид Шинкарев, в то время - собкор "Известий" по Восточной Сибири. Ему удалось ознакомиться с уголовным делом А.В.Колчака, в котором среди других документов оказалась самая последняя записка адмирала своей возлюбленной. Записка, которую она так и не получила...
И вот теперь, еле удерживая слезы, Анна Васильевна слушала от сибирского журналиста последнее, предсмертное послание, дошедшее до нее спустя несколько десятилетий:
"Дорогая голубка моя, я получил твою записку, спасибо за твою ласку и заботы обо мне. Как отнестись к ультиматуму Войцеховского*, не знаю, скорее думаю, что из этого ничего не выйдет или же будет ускорение неизбежного конца. Не понимаю, что значит "в субботу наши прогулки окончательно невозможны"? Не беспокойся обо мне. Я чувствую себя лучше, мои простуды проходят. Думаю, что перевод в другую камеру невозможен. Я только думаю о тебе и твоей участи единственно, что меня тревожит. О себе не беспокоюсь - ибо все известно заранее. За каждым моим шагом следят и мне очень трудно писать. Пиши мне. Твои записки - единственная радость, какую я могу иметь...
Я молюсь за тебя и преклоняюсь перед твоим самопожертвованием. Милая, обожаемая моя, не беспокойся за меня и сохрани себя. Гайду** я простил. До свиданья, целую твои руки".
Потом А.Шинкарев поинтересовался, как же она живет на свою сверхскромную пенсию в 45 рублей. Последовал ответ:
"- Мосфильм поставил на учет: когда в массовых сценах нужны "благородные старухи", мне звонят, я сажусь на трамвай и несусь. Снималась в "Бриллиантовой руке", в "Войне и мире". Помните бал Наташи? Крупным планом княгиня с лорнетом - это я!
- И все доходы?
- За съемочный день три рубля... Хватает на Таганку, на томик Окуджавы, иногда на консерваторию..."
...Еще по приезду в Москву она пыталась разыскать Володю, своего сына от первого брака. Увы, весть оказалась скорбной: его арестовали и расстреляли еще в 1938-м, в возрасте 23-х лет...
Сколько же горя и страданий выпало на долю этой хрупкой женщины! Поистине трагическая судьба. И выразить ее можно разве лишь в стихах, которые она писала в минуты горестных раздумий и лишь изредка читала самым близким людям:
Полвека не могу принять,
Ничем нельзя помочь,
И все уходишь ты опять
В ту роковую ночь,
А я осуждена идти,
Пока не минет срок,
И перепутаны пути
Исхоженных дорог.
Но если я еще жива,
Наперекор судьбе,
То только как любовь твоя
И память о тебе.
 

 Где эта улица? Где этот дом? - 10.09.2009 04:04
 Opera/9.64 (Windows NT 6.0; U; ru) Presto/2.1.1

ПРИКАЗ ОБЪЕДИНЕННОГО ГОСУДАРСТВЕННОГО ПОЛИТИЧЕСКОГО УПРАВЛЕНИЯ

№ 44/21 2 февраля 1930 г.
В целях наиболее организованного проведения ликвидации кулачества как класса и решительного подавления всяких попыток противодействия со стороны кулаков мероприятиям советской власти по социалистической реконструкции сельского хозяйства — в первую очередь в районах сплошной коллективизации — в самое ближайшее время кулаку, особенно его богатой и активной контрреволюционной части, должен быть нанесен сокрушительный удар. Сопротивление кулака должно быть и будет решительно сломлено.
Мероприятия ОГПУ должны развернуться по двум основным линиям:
1) Немедленная ликвидация контрреволюционного кулацкого актива, особенно кадров действующих контрреволюционных и повстанческих организации, группировок и наиболее злостных, махровых одиночек. (Первая категория.)
2) Массовое выселение (в первую очередь из районов сплошной коллективизации и погранполосы) наиболее богатых кулаков (бывших помещиков, полупомещиков, местных кулацких авторитетов и всего ку-" лацкогб кадра, из которых формируется контрреволюционный актив, кулацкого антисоветского актива, церковников и сектантов) и их семейстп в отдаленные северные районы СССР и конфискация их имущества. (Вторая категория.)
В первую очередь удар должен быть нанесен по активно действующим кулацким элементам первой категории:
1) Кулаки — наиболее махровые и активные, противодействующие и срывающие мероприятия партии и власти по социалистической реконструкции хозяйства. Кулаки, бегущие из” районов постоянного жительства и уходящие в подполье, особенно блокирующиеся с активными белогвардейцами и бандитами.
2) Кулаки — активные белогвардейцы, повстанцы, бывшие бандиты; бывшие белые офицеры, репатрианты, бывшие активные каратели и др., проявляющие сейчас контрреволюционную активность, особенно организованного порядка.
3) Кулаки — активные члены церковных советов, всякого рода религиозных, сектантских общин и групп, активно проявляющие себя.
4) Кулаки — наиболее богатые, ростовщики, спекулянты, разрушающие свои хозяйства, бывшие помещики и крупные земельные собственники.
Семьи арестованных, заключаемых в концлагеря или приговоренных к ВМН, должны быть высланы в северные районы Союза, наряду с выселяемыми при массовой кампании кулаками и их семьями, с учетом наличия в семье трудоспособных и степени социальной опасности этих семейств.
Имущество таких, семей конфискуется в том же порядке, как и у выселяемых семейств кулаков.
Кампании по выселению кулаков и их семейств проводятся в первую очередь в следующих районах СССР:
УССР выселяются 30—35 000 семейств
Северный Кавказ и Дагестан —"— 20000 —"-—
Средне-Волжский край —"— 8—10000 —"—
ЦЧО —"— 10—15000 —"—
Нижне-Волжский кран —"— 10—12 000 —"—
Белоруссия —"— 6— 7000 —"—
Сибирь —"— 25 000 —"—
Урал —"— 10—15 000 —"—
Казахстан —"— 10—15000 —"—
В отношении остальных областей и республик соответствующие расчеты будут произведены в ближайшее время, по согласованию с ПП ОГПУ.
Места поселения для выселяемых кулаков и их семейств и семейств изъятого кулацко-белогвардейс-кого контрреволюционного актива ориентировочно таковы:
из Северо-Кавказского края 23 000 на Урал
5000 в Казахстан
из УССР 50000 в Северный край
из ЦЧО 20000 —"—
из НВК 18000 в Сибирь
из СВК 14000 —"—
из БССР 12000 —"—
Для выполнения всех указанных задач приказываю:
1. В кратчайший срок закончить ликвидацию всех действующих контрреволюционных организаций, группировок и активных контрреволюционных одиночек. Ликвидировать действующие банды. Обеспечить быстрое проведение следствия по всем таким делам и срочное рассмотрение дел во внесудебном порядке
— в "тройках" ПП ОГПУ. Без малейшего промедления ликвидировать все возникающие дела подобных категорий в период кампании по выселению кулаков.
2. Для рассмотрения дел на лиц, проходящих по этим делам (первая категория), немедленно создать в ПП ОГПУ "тройки" с представителями от Крайкома ВКП(б) и Прокуратуры. Состав "тройки" выслать на утверждение Коллегии ОГПУ.
3. Для непосредственного руководства операцией по выселению кулаков и их семейств (вторая категория) — во всей ее совокупности; для концентрации всех материалов по операции и для организации постоянной связи с центром и периферией
— распоряжение ПП организовать оперативные "тройки".
9. ПП ОГПУ Северного края, Урала. Сибири и Казахстана в кратчайший срок закончить организацию приема и расселения выселяемых, а также представил ь свои соображения о порядке управления выселяемыми
 

«Первая <  1163 | 1164 | 1165 | 1166 | 1167 | 1168 | 1169 | 1170 | 1171 | 1172 |  > Последняя» 


Форма для отправки комментариев

(Ваш комментарий будет проверен модератором.

С уважением, Администрация сайта.)

Имя (обязательно):

E-mail:

Комментарий (обязательно):